Все старики похожи между собой так же, как похожи младенцы. Между младенчеством и старостью – двумя крайними точками – все люди разные, но в этих точках их как будто что-то роднит.
Я люблю сумасшедших, таких, которые бешено хотят жить, бешено хотят говорить, бешено хотят спастись, которые хотят иметь все сразу, которые никогда не зевают и никогда не говорят пошлостей, а всегда горят, горят, горят.
Юности свойственны поспешные обобщения, и она зачастую приходит к выводу, что всё на свете лживо лишь потому, что какие-то отдельные вещи оказались действительно лживыми.
Он оторвал от этих тайников чужой души свой внутренний взгляд, но, зарываясь лицом в подушку, успел еще увидеть образ Леди Май. «Да, она кошка, — подумал он. — Кошка, не более того!»
