Zoo, или Письма не о любви. Сентиментальное путешествие. Жили-были. Письма внуку

5 причин купить книгу

1. Виктор Борисович Шкловский, создатель формальной школы, ровесник Владимира Маяковского ― уже на протяжении века знаковая фигура для российской и мировой культуры.
2. Мемуарное и эпистолярное наследие автора позволяет глубже понять не только историю появления формального метода в искусстве, но и наглядно демонстрирует его применение в художественном дискурсе.
3. В своих текстах Шкловский представляет целую галерею литературных портретов великих современников автора.
4. Автобиографическое, мемуарное и эпистолярное наследие Шкловского, представленное в сборнике, позволяет совершить литературное путешествие во времени с конца XIX века до 70-х годов XX столетия и услышать свидетельства непосредственного участника многих важных исторических событий.
5. В произведениях, представленных на страницах книги, Виктор Борисович художественно переосмысляет вопросы взросления, профессионального и личного, опыт эмиграции, жизни и работы на сломе исторических эпох.

Цитаты из книги

«Жизнь примеривает нас друг к другу и смеется, когда мы тянемся к тому, кто нас не любит».

«А хорошо писать — трудно, это всегда говорили мне друзья.
Жить по-настоящему больно.
В этом ты мне помогаешь».

«Что думали про войну? Мне кажется, верили в то, что она сама кончится; вера эта была всеобщей ко времени воззвания к народам всего мира».

«Я слез с носилок и вместе со своим солдатом улизнул с поезда, и мы поехали то с отступающей артиллерией, лежа на плохо сложенных снарядах, то в санитарных вагонах, то с эшелонами. И так по дивно красивой, идущей по верху скалистого берега Днестра дороге через Могилев я добрался в Киев. Оттуда на полу, в купе, в Питер. В милый, грозный город русской революции».

«В Питере меня опять положили в лазарет, но, увидав, что я жив и, очевидно, не скоро умру, — отпустили».

«Кончался XIX век. Как-то в журнале увидел рисунок: человек с крыльями; плоские крылья расположены на уровне шеи, внизу торчат длинные ноги. Потом узнал, что зовут человека Лилиенталь. Он хотел летать и сломал ноги».

«Трудно дождаться и узнать.

Труднее, дождавшись, увидать не того, кого ждешь, перешагнуть через себя и отказаться от себя для увиденного будущего».

«Держи, дорогой мой детик, корректуру моей жизни. Проживи ее исправленной и дополненной».

«Все хорошо. Все нужно, пока из пересечения линий получается кривая, выражающая хотя бы предчувствие истины».