Кто не спрятался

Восемь негодующих обвинителей и подсудимый. Убийца, свидетель и семь измученных неизвестностью людей, желающих быть оправданными. Пока все молчат, роли как будто еще не распределены, но каждому из девятерых ясно, что это случится вот-вот, в любом случае; неважно, готовы они или нет.

«Кто не спрятался» — это своего рода «Тайная история» Донны Тартт для России. Блестящее литературное мастерство, гипнотизирующий язык, симпатия к собственным — таким разным, живым — героям, эффект мгновенного погружения в историю, убедительность предлагаемых обстоятельств...

Любителям интеллектуальной прозы и качественных остросюжетных психологических триллеров с детективной основой: «Десять негритят» Агаты Кристи, «Отель «У Погибшего Альпиниста» братьев Стругацких и даже, в чем-то, «Сияние» Стивена Кинга.

На первый взгляд, «Кто не спрятался» — психологический детектив, но если вчитаться глубже, то можно увидеть серьезный роман, своеобразную попытку поговорить о то, как история страны повлияла на поколение 70-х.

Суд, совершаемый друзьями, безжалостен как раз потому, что настроен снисходительно. Сочувственно. Показания начинаются со слов «я не хочу сказать ничего плохого» и «слушайте, только поймите меня правильно». Именно это придает им вескости. Утяжеляет вдесятеро. Когда истина перевешивает любовь, что может быть убедительнее?

Дружба не предполагает ослепленности; напротив. Ее суть, ее смысл в том, что мы выбираем из огромного числа самых разных людей ― нескольких. Немногих. Очень часто – случайным образом, бессистемно. И затем начинаем любить и принимать их с открытыми глазами, без самообмана, просто в обмен на то, что и они знают нас и прощают наши слабости и несовершенства. Наши странности и грехи. Если не подвергать дружбу ненужным испытаниям, не требовать громких жертв, если не раскачивать лодку, не ждать слишком многого, не обострять и не придираться, если хвалить без ревности и не вмешиваться, пока нас об этом не просят; если повезет и не случится какой-нибудь катастрофы, можно годами вместе плыть в одном направлении, соприкасаясь плечами, дрейфуя, приближаясь, отдаляясь, но никогда не покидая друг друга надолго. Чувствуя нежность и родство душ, и взаимную принадлежность, и бог знает что еще.

Накопленные обиды тлеют годами, как торф – тускло, медленно, вечно, выедая подземные каверны. Образуя пустоты. Торфяной пожар погасить невозможно, и потому людям, давно живущим вместе, остается только запомнить координаты и научиться обходить опасные места. Ступать легко, чтобы не провалиться и не обжечь ноги. В постоянном союзе обязательно существует своя, уникальная карта запрещенных тем, особый список недопустимых интонаций. Личный, интимный арсенал слов-детонаторов, которые действуют, как осколочная граната. Пять, семь, десять лет спустя случайных выстрелов уже не бывает.