Благородные поступки и горячая ванна — лучшее лекарство от хандры.
Пишущему лучше недоговорить, чем сказать лишнее.
Я люблю сумасшедших, таких, которые бешено хотят жить, бешено хотят говорить, бешено хотят спастись, которые хотят иметь все сразу, которые никогда не зевают и никогда не говорят пошлостей, а всегда горят, горят, горят.
Иногда у художников спрашивают, зачем они делают то, что делают? Ясное дело, ответов может быть очень много, но мне кажется, что самый честный и самый глубокий ответ - ни зачем. Это не значит, что жизненные планы, деньги или творческие амбиции не имеют значения. Это значит лишь то, что все эти важные «зачем», присутствуя в нашей жизни, никогда не находятся на первом месте. Настоящий художник, отдавая должное сиюминутному, всегда оставляет «первое место» за чем-то таким, что больше слов, больше него и даже больше самого искусства
Слова, которые вы произносите, рождаются мёртвыми и не успеют слететь у вас с языка, как уже отдают запахом тления.
Пламя греха — что лампочка: стоит перегореть, и возникший мрак так легко перепутать с нечистой совестью.
Настоящая тюрьма — в его голове, а та в другой тюрьме, которой является его жизнь, а та, в свою очередь, заточена в еще одну тюрьму — Неаполь.
Первое, что нужно усвоить во взаимоотношениях с другими людьми, — это то, что им нельзя мешать быть счастливыми — так, как они того хотят.
