Альтернатива «Альтернативе»

Старые любители контркультуры в начале нулевых зачитывались «Бойцовским клубом» и другими книгами в приметных оранжевых обложках. То была культовая серия «Альтернатива», где выпускались признанные интеллектуальные бестселлеры. Помимо романов флагманского писателя серии Чака Паланика, там можно было найти книги Энтони Бёрджесса, Уильяма Берроуза и примкнувшего к ним Хантера С. Томпсона.

Сегодня книги «Альтернативы», артефакты былой эпохи, существуют лишь на полках букинистов. Однако не стоит отчаиваться, ведь произведения авторов продолжают издаваться в других подборках. Любители подобной литературы могут обратиться к сериям «От битника до Паланика» и «Чак Паланик и его бойцовский клуб». Если вы давно искали, чем бы заменить «Альтернативу», то это то, что вам нужно.

Хьюберт Селби — младший, «Демон»

Гарри Уайт — удачливый бизнесмен, быстро шагающий по карьерной лестнице. Все его знакомые сходятся на том, какой он счастливец: карьера стремительно идет вверх, а дома ждут красавица‑жена и милые детишки. Только вот для Гарри этого недостаточно.

Демон саморазрушения требует все новых жертв — мелких краж, измен со случайными женщинами. Ничто из того, что еще вчера заставляло его сердце биться сильнее, больше не работает. Остается переступить последнюю черту на пути к абсолютному злу — совершить убийство.

Джон Кеннеди Тул, «Неоновая библия»

Крошечный городишко, захлебывающийся во влажной жаре и болотных испарениях, — одна из тех провинциальных дыр, каким не было и нет счета на Глубоком Юге. Кажется, здесь разморилось и уснуло само время. Медленно, неторопливо разгораются в этой сонной тишине жгучие опасные страсти, тлеют мелкие злобные конфликты.

Жизнь, увиденная сквозь призму восприятия ребенка или подростка, — одна из любимейших тем американских писателей‑южан, исхоженная ими, казалось бы, вдоль и поперек. Но никогда, пожалуй, эта жизнь еще не представала настолько удушливой и клаустрофобной, как в романе «Неоновая библия», написанном вундеркиндом американской литературы Джоном Кеннеди Тулом еще в 16 лет.

Ричард Бротиган, «Экспресс Токио — Монтана»

Ричард Бротиган провел последние годы жизни между небольшим ранчо в Монтане и Токио, и на его метафорической железной дороге между точками — 131 остановка. На каждой из них читателя ждет своя история — абсурдная или очаровательная, трагичная или сюрреалистичная, пронзительно‑грустная или по‑бротигановски сатирическая. Каждая из них не похожа на другую, каждая занимает свое место на пути следования поезда.

Хантер С. Томпсон, «Страх и отвращение в Лас‑Вегасе»

«Страх и отвращение в Лас‑Вегасе» — одна из самых скандальных книг второй половины ХХ века. Книга, которую осуждали и запрещали. Книга, которой зачитывались и восхищались. Книга, в которой само понятие «американской мечты» перевернуто с ног на голову, в которой видения и галлюцинации становятся реальностью, а действительность напоминает кошмарный сон.

Стивен Райт, «С волками жить»

Калейдоскопический роман, в котором человек, однажды отвергнувший свой состоятельный, престижный и духовно убогий мирок, будто срисованный с картинки в рекламном каталоге, пускается в бесцельное, бессмысленное и свободное странствие по Америке — по стране звереющих от переутомления яппи и их скучающих женушек, проституток и сутенеров, стареющих и сторчавшихся рок‑звезд и автостопщиков, философов‑дальнобойщиков и серийных убийц, потерявших память инопланетян и усталых полицейских. По Америке, в которой фантазия и реальность переплетаются так плотно, что разделить их уже невозможно.

Хьюберт Селби — младший, «Последний поворот на Бруклин»

Место действия — Бруклин, рабочий квартал Нью‑Йорка конца 1960‑х годов. Действующие лица — маргиналы всех мастей: проститутки, хулиганы, сумасшедшие, домохозяйки и брошенные дети. Отсутствуют морализаторство, пафос, идеологическая нагрузка. Надежда. Вера. Любовь. Гнетущая бедность и социальная неустроенность толкают героев на нарушение закона.

В 1989 году американский режиссер Ули Эдель снял одноименный фильм.

Дуглас Коупленд, «Пока подружка в коме»

Сюжет, достойный Курта Воннегута, автор изложил в саркастической манере Брета Истона Эллиса. Реальность, фантастика и гротеск переплетаются в этом непростом и очень занятном произведении настолько тесно, что подобрать для него жанровое определение очень трудно. Его можно назвать ироничной антиутопией, социальной сатирой, интеллектуальной фантастикой и даже романом взросления, но для читателя важнее другое: от этой книги просто невозможно оторваться.

Уилл Эллиотт, «Цирк семьи Пайло»

Что может быть страшнее клоуна за пределами цирка? Только сам цирк, в котором клоуны‑убийцы воюют с акробатами, а хозяева ставят эксперименты на артистах. И только такой мир, полный кошмаров и гротеска, может заставить обычного недотепу‑консьержа в буквальном смысле бороться с самим собой, воевать со своим клоунским альтер эго не на жизнь, а на смерть.

Автор романа не понаслышке знает, что такое раздвоение личности, хотя и не считает роман автобиографическим. Тем не менее щупальца шизофрении так тихо, но властно проникают в сознание, что читателю следует быть уверенным в собственном душевном равновесии, прежде чем приниматься за книгу.

Джефф Нун, «Вирт»

Перед вами — «Вирт». Книга, после которой окружающий мир для вас изменится навеки. Будущее. Близкое будущее. Время виртуальной реальности и новых средств, расширяющих сознание до невероятного предела. Время, когда компания отвязных молодых парней и девушек начинает странную игру. Игру, в которой много правил, но первое из них — «Будьте осторожны. Будьте очень осторожны!»

Уильям Берроуз, «Мягкая машина»

Второй роман великого Уильяма Берроуза — писателя, изменившего лицо альтернативной литературы XX века. Потрясающее и странное произведение, в котором сюрреалистический талант, впервые заговоривший в полный голос в «Голом завтраке», достиг принципиально новых высот.

Нет ничего святого. Нет ничего запретного. В мире, где нищета соседствует с роскошью, где с властью и могуществом возможно все.

Уильям Берроуз, творец миров и реальностей, продолжает путешествие по аду, который мы сотворили сами и назвали раем.