Александр Блок и его время

5 причин прочитать книгу:

1. Портрет поэта глазами его современника.
2. Судьба человека на фоне целой эпохи: от блестящего символизма начала века до голодного, обледеневшего Петрограда 1921 года.
3. Берберова не идеализирует Блока: она показывает его уязвимым, ранимым, порой жестоким, но всегда — подлинным.
4. Сочетание поэтической интонации и исторической рефлексии. Актуальный текст, написанный без малого восемьдесят лет назад.
5. Нина Берберова — поэт, прозаик, литературный критик. Автор знаменитых мемуаров «Курсив мой», романов «Последние и первые», «Повелительница», «Без заката» и др. Одна из самых ярких представительниц эмигрантской литературы первой волны.

Цитаты:

«Весной толстый невский и ладожский лед тает, и огромные льдины несутся к морю. Осенью дует ветер, и туман окутывает город — „самый отвлеченный и умышленный город на всем земном шаре“».

«И москвичи, и петербуржцы унаследовали „первородный грех“ своих предшественников: разделение формы и мысли. Первые, забыв об идейной стороне, увлеклись поисками новых форм. Вторые, пренебрегая формой, жаждали идей. Это глубокое различие определило и их творческую позицию».

«Главное место в его сердце занимали жена и мать. С матерью его связывало неповторимое
согласие и душевная близость. Еще в 1900 году он как-то сказал: „...Мы с мамой частенько находимся по отношению к земному в меланхолическом состоянии...“ Два тома переписки свидетельствуют об их неизменной нежности и постоянной тревоге друг за друга».

«Вселенское братство! Вечный мир! Отмена денег! Равенство, труд. Прекрасный, удивительный Интернационал! Весь мир — ваша Отчизна. Отныне нет никакой собственности. Если у тебя два плаща, один у тебя отнимут и отдадут неимущему. Тебе оставят одну пару обуви, и, если тебе нужен коробок спичек, „Центрспички“ его выдадут».

«Товарищества, содружества, союзы, комиссии рождались, умирали, и их место немедленно занимали другие, в которых Блок должен был выступать в качестве председателя, заместителя, почетного члена. Находясь среди акмеистов, совершенно ему чуждых молодых людей, он испытывает неловкость, однако не может отказаться возглавить „Союз поэтов“. Но после нескольких обсуждений он с радостью уступает это место Гумилеву».

«У всех было ощущение, что вместе с его смертью уходит в прошлое этот город и целый мир. Молодые люди, окружившие гроб, понимали, что для них наступает новая эпоха. Как сам Блок и его современники были детьми „страшных лет России“, так мы стали детьми Александра Блока».