Ботинки, полные горячей водкой

Братик пришёл из тюрьмы и взялся за ум.
— Мама, — говорит, — я взялся за ум. Дай пять тысяч рублей.
Мать перекрестилась и выдала деньги.

— Рисуйте ситуацию, парни, мы слушаем внимательно.
— Он мою козу задавил.
— Реально? У тебя коза есть?
— У бабки.
— Погибла коза?
— Нет, нога сломалась.
— И нога козы стоит семь штук?
— Семь штук.
— А теперь ты мне обоснуй, — попросил братик. — Почему твоя предъява тянет на семь штук? Кто так решил? Ты так решил? А почему не пять? Почему не девять тысяч? Почему не шесть тысяч триста сорок один рубль двадцать копеек? Ты не знаешь, что любую предъяву надо обосновать? Тебе никто этого не говорил? А? Или ты не знаешь, что бывает за необоснованные предъявы?
— Почему я должен обосновать?
И тут братик наконец засмеялся.
— Мне нечего тебе сказать больше, — сказал он с дистиллированным пацанским презрением.

"Ботинки, полные горячей водкой" — наследники легендарного "Греха", но при этом — со своим, безошибочно узнаваемым лицом.
Та же брутальность, то же потаённое мужское чувство, та же трогательная и лиричная нежность к своей девочке, девушке, женщине… Но при этом — оглушительно весело, с природным юмором и с ироническим наглым прищуром внутреннего беса.
Деревенское детство, юность с первыми драками и первыми влюблённостями, лихая забубённая молодость — и всё это с неистребимым пацанством, которое, если зародилось однажды внутри, то плещется в крови мужчины потом всегда, всегда.
…и да, здесь водка льётся невозбранно, и вовсе не грешно запивать её пивом.

Сначала, в трудные дни, я предлагал своей любимой делить каждую — её ли, мою ли, — вину пополам. Она пожимала плечами.
Поэтому я делил, а она так жила.
Потом придумал другое. Сейчас наберу воздуха и скажу.
Чтобы мужчина остался мужчиной, и не превратился в постыдного мужика, он должен прощать женщине — всё.
Чтобы женщина осталась женщиной и не превратилась в печальную бабу, она не вправе простить хоть что-нибудь, любую вину.
Всё, воздух кончился.
Он — всё, говорю, она — ничего.
Как же выжить теперь, если сам придумал про это.