Автор романа «Я все помню» рассказывает о том, как к ней пришла идея книги.


«Будучи писателем, я всегда ищу какие-нибудь события из реальной жизни, из которых вышла бы неплохая история. Году в 2010 я прочитала в «Нью-Йорк Таймс» статью о применении морфина для лечения посттравматического синдрома. В статье говорилось, что в будущем этот метод лечения можно будет применять не только с ранеными солдатами, но и с другими пострадавшими, например, с жертвами насилия. Когда я наконец-то решила описать всё это в виде книги, я уже знала, что из этого получится интригующий психологический триллер.

Я написала «Я всё помню» весной 2015 года. К тому времени ученые неплохо продвинулись в вопросах исследования и понимания природы человеческой памяти. Одно  из важнейших открытий - то, что наши воспоминания похожи на файлы в памяти компьютера – их можно открыть, изменить, а иногда даже полностью стереть. Сейчас разработано уже несколько методик лечения посттравматического синдрома, основанных на лучшем понимании того, как именно работает наша память. В первые несколько часов после события можно использовать препараты, которые должны полностью блокировать травмирующие воспоминания. Если прервать процесс, при котором краткосрочная память превращается в долгосрочную, воспоминание, возможно, получится полностью удалить. Теоретически, уцелевший будет помнить о том событии, но у него не останется никакой эмоциональной реакции. Для тех, чьи травмы уже укоренились в долгосрочной памяти, схожие методы лечения можно применить для того, чтобы попытаться или заменить воспоминание, или уменьшить эмоциональную привязанность к нему. Пациент вызывает в памяти болезненные воспоминания, доктора применяют лекарственные препараты или другие методы для того, чтобы изменить нужные воспоминания  прежде, чем они вернутся в долгосрочную память – это как внести изменения в файл на компьютере, а затем нажать кнопку «Сохранить».






Когда я думала о том, чтобы включить эти материалы в книгу, меня заинтересовала не только наука, но и моральные, и юридические последствия подобного лечения на жертвах преступления. Так, например, меня зачаровал выбор между справедливостью и эмоциональной болью. Я также задумалась о возможности полностью стереть эмоциональную окраску травмирующего события. Будучи матерью, я изучала информацию о развитии мозга у детей и о том, как ранние детские травмы могут вызвать серьезные эмоциональные проблемы в будущем, даже если сам ребенок не сохранил воспоминания о непосредственно болезненном моменте (поскольку его мозг был недостаточно зрелым для того, чтобы записать это воспоминание). В таких случаях у ребенка могут развиться необычные страхи или фобии, которые нельзя будет подвести к каким-то обычным триггерам. Это заставило меня задуматься – если мы изымем болезненное воспоминание, уничтожим его эмоциональную окраску и затем вернем в хранилище, уйдет ли на самом деле эмоциональный элемент? Или же он останется внутри нас, провоцируя на необычные реакции, не имеющие реального смысла?

Объединив вместе все эти теории и вопросы, я и придумала историю Дженни Крамер.






В следующем десятилетии мы можем увидеть шокирующие открытия, которые помогут по-новому взглянуть на нашу память. Могут появиться новые методики лечения посттравматического синдрома, наркозависимости и других отклонений, таких как тревожность и обсессивно-навязчивое состояние. И подобно большинству научных открытий, все мы столкнемся с юридическими и моральными последствиями этих открытий.

Всякий раз, когда я рассказываю эту историю, я постоянно вспоминаю вопрос, засевший у меня в голове еще в 2010 году – что бы я выбрала сама, для себя или для моих любимых людей? Помнить или забыть?»



Ознакомиться с отрывком из романа и оформить заказ уже сегодня можно в нашем интернет-магазине.


Уокер Уэнди Я все помню