Один из самых брутальных и харизматичных бородачей вселенных «Сталкер» и «Метро 2033», автор романа «Питерская Зона: Запас удачи» Дмитрий Манасыпов не так давно поделился своими литературными предпочтениями с нашим сайтом. В этот раз автор рассказывает о том, чем же ему так приглянулся жанр постапокалиптики.


Ну, как… вот как-то так получилось. Потому что Гибсон и «Перехватчик», потому что «День триффидов», потому есть тушенку из банки ножом и смотреть в костер – это клево. А ещё есть детская глупость, когда кажется, что вот там, в таком мире, есть романтика.

На самом деле, она там есть. Только понять ее сможет каждый по-своему. И моя личная точка зрения про этот жанр меняется и меняется. Пока конца и края не видно. Было бы воображение не таким живым, глядишь и не любил бы. Но, как есть, так и есть.

Постап – это страшно. И, одновременно, страшно привлекательно. Потому что постап, как и война, показывает людей настоящими. Если, конечно, не романтизировать рейдеров, бандитов, грабителей, работорговцев и прочую милую братию. Романтизировать в постапе хочется совсем других людей. Врачей, инженеров, следопытов, летчиков и прочих узких специалистов, неожиданно расширяющих свои возможности практически до невозможного. Показывать читателям то, как на павший мир могут действовать самые простые поступки обычных людей.

Современный мир создал массовую картинку, где выдуманные супергерои, включая, само собой, американских морпехов, спасут все и вся и так далее. А мне довелось воспитываться на подвигах обычных людей в годы Войны, включая детские и подростковые. И потом довелось видеть простой героизм таких же, как сам пацанов, родившихся в Союзе, выросших в девяностые и сражавшихся вовсе не за восемьсот рублей в сутки или непонятные приказы, должные заставить нас делать что угодно, а за совсем другое. Мы воевали за обычных людей, которые оставались за нашими спинами, за оставшихся дома родных, да друг за друга.

Я люблю постап как раз потому, что этот жанр как никакой другой дает возможность показать молодежи обычных людей, таких, как их сосед по подъезду или нелюбимый преподаватель в учебном учреждении. Именно поэтому я в одной из книг написал, что могут погибнуть поэты, артисты, писатели, философы, и мир этого не заметит. А вот если исчезнут инженеры, врачи и военные, человечество обречено. Ведь так и есть. Но многие не понимают подобной точки зрения. А жанр дает возможность донести ее. Чего бы его не любить?

И, да, порой мне хочется написать что-то яростное и дикое, не забыв про бензак, про дикие костюмы, про тату на все части тела, про резню из-за оставшейся в живых коровы, про безумие и логику, его порождающую. В общем, о том, что может быть, когда мир рухнет, и на его осколках остатки людей будут выживать, совершенно наплевав на выдуманные принципы гуманизма и прочие духовные ценности. Люди куда хуже зверей, потому что умеют думать и понимать собственное счастье. А за любое счастье, рано или поздно, надо платить сталью, порохом и кровью. И лучше всего – не своей.

А так – мира нам всем и чистого неба над головой. И вместо мечтаний про тушняк в тесных прокопченных тоннелях – думать о звездах и о том, что нам давно пора выходить к ним, далеким и манящим. И речь не про фантастику.






Подпишитесь на новости
Email *
Имя