Наш магазин
Присоединяйтесь к нашим группам в социальных сетях!

Русофил. История жизни Жоржа Нива, рассказанная им самим

О книге
Отзывы
Характеристики
Foreign rights >>
Переплёт: Твердый | Бумага офсетная пухлая 84/65 Кама
Вес: 0.345 кг. | Страниц: 288 | Размер: 133 х 187 x 22 мм
ISBN 978-5-17-122120-1
Недовольны качеством издания?
Дайте жалобную книгу

Аннотация

Знаменитому французскому слависту Жоржу Нива (род. 1935) выпала жизнь, насыщенная яркими событиями. Тесное общение с Борисом Пастернаком, высылка из СССР, арест невесты, ранение в Алжире, дружба с диссидентами, Май 1968‑го, встречи с Солженицыным... В СССР с ним обошлись жестоко, но если и есть на свете непридуманные русофилы, то он — один из них.

Книга «Русофил» продолжает серию Александра Архангельского «Счастливая жизнь». Рассказ Жоржа Нива о его судьбе на фоне Большой Истории родился благодаря многочисленным беседам автора с героем.

Книга иллюстрирована фотографиями из личного архива Жоржа Нива.

О книге
  • Издание продолжает авторскую серию Александра Архангельского «Счастливая жизнь». Первая книга серии — «Несогласный Теодор» о Теодоре Шанине была издана в конце 2019 года.
  • Герои серии «Счастливая жизнь» — люди двадцатого века. Все они — без преувеличения люди Большой Истории.
  • История жизни знаменитого французского слависта Жоржа Нива, написанная от первого лица. Рассказ появился благодаря беседам автора с героем на протяжении многих лет, с конца 1980‑х годов.
  • Книга иллюстрирована фотографиями из личного архива Жоржа Нива.
  • Биография Жоржа Нива легла в основу сценария фильма Андрея Смирнова «Француз».
  • Александр Архангельский о своей книге «Русофил»

    Александр Архангельский о своей книге «Русофил»

  • Александр Архангельский читает отрывок из книги «Русофил»

    Александр Архангельский читает отрывок из книги «Русофил»

Цитаты

«Внизу, на скамеечке, всегда были какие‑то бабушки бдительные, и мне казалось, что они следят, когда я вхожу, ухожу. Особенно строго и осуждающе они смотрели на новых, в первый раз входивших в дом молодых людей и женщин: хорошо ли, пристойно ли они одеты, или — кофточка обтягивающая, брюки узкие — как не стыдно, нельзя же так! Бабушки были частью общей системы советской бдительности».
«Уже в первый свой приезд я полюбил бывать у Ольги Всеволодовны, наслаждался общением со всем этим прекрасным семейством. И время от времени сталкивался там с „классиком“, как все они его называли. То есть с Борисом Леонидовичем Пастернаком, удивительно добрым, простым, юношески пылким. Я ни разу не видел его грустным — только щедро смеющимся. На фотографиях он иногда выглядит романтически задумчивым, но, по‑моему, он просто позировал».
«Как лирический герой стихотворения Пастернака „На ранних поездах“, я часто ездил ранней электричкой в город <...> Случалось ездить без билета: многие так поступали, если не все. Бабушки сбивались в группы, что‑то вроде римской „свиньи“, и пробегали перед контролером, а я за ними».
«С Ириной мы подружились сразу же, в первый мой приезд. Но влюбленность вспыхнула, когда я вернулся, в октябре 1959‑го. „Классик“ благословил наш союз. Это был исключительный период в моей жизни: я был на золотой тучке, хотя уже вовсю приближалась гроза. Я тогда познакомился у Ивинских со многими людьми — например, с дочерью Цветаевой Ариадной Эфрон. Мы вели с Ольгой Всеволодовной бесконечные разговоры, полные надежд и разочарований. Она была жизнерадостный человек, всегда веселая, энергичная, но за этой жизнерадостностью уже скрывалась тревога, конечно».
«На сей раз меня поместили в отдельную стерильную палату со стеклянными перегородками, которые были занавешены. Раз в день, ровно в час дня, каждый пациент поднимал свой занавес, чтоб смотреть на других. Это было развлечение, я видел длинный‑длинный ряд лиц, белые простыни, койки. И вдруг в этом стерильном пространстве появляется таракан, такой большой, прусак. Я звоню. Медсестра входит. — У нас тут таракан! Я был уверен, что она придет в ужас. Ничего подобного! Улыбается и ласково говорит: — Ой, какой миленький! Опять же — такое возможно только в России».
Отзывы читателей
Отзывы могут оставлять только авторизованные пользователи.
Для этого войдите или зарегистрируйтесь на нашем сайте.
Вход / Регистрация
Недовольны качеством издания?
Дайте жалобную книгу

пишет:

«Человек, который дышит обоими легкими»

Биография Жоржа Нива легла в основу сценария фильма Андрея Смирнова «Француз». Этого достаточно, для тех, кто видел фильм, чтобы заинтересовала книга. Другим будет достаточно само имя. Жорж Нива. Третьим, его насыщенная биография: общение с Борисом Пастернаком, высылка из СССР, арест невесты, ранение в Алжире, дружба с диссидентами, май 1968‑го, встречи с Солженицыным и тд Передать "неторопливый тон французского профессора, сохранить отдаленный привкус акцента" автору Александру Архангельскому, без сомнения, удалось. Вопрос, который возник в процессе чтения книги: а можно ли заразить любовью? )) Ведь серия о счастливых людях - она о людях, которых автор любит, прежде всего. И вот, читатель, не знающий ни Шанина (героя первой книги этой серии), ни Нива (героя второй)... может ли он заразится любовью к ним?) Мой ответ здесь очевиден. Может)

Характеристики
Художники:
Бондаренко Андрей Леонидович, ООО "Ист Ньюс"
ISBN:
978-5-17-122120-1
Ниша:
БИОГРАФИИ. МЕМУАРЫ
Вес (кг):
0.345
Переплет:
Твердый
Страниц:
288
Ширина (мм):
133
Высота (мм):
187
Бумага:
Бумага офсетная пухлая 84/65 Кама
ББК:
83.3(4Фра)-8
УДК:
821.133.3.09
ЕКН:
111.07.8.1
Знак информационной продукции:
16+
Недовольны качеством издания?
Дайте жалобную книгу
Архангельский Александр Николаевич

Телеведущий, автор и режиссер телепрограмм и телефильмов, писатель, литературовед, публицист, профессор ВШЭ, член жюри многих литературных премий, обладатель различных наград и званий. Его книги и статьи издаются не только в России, но и за рубежом. Автор, ведущий и руководитель программы «Тем временем» (телеканал «Культура»).

Об авторе

Отзывы

пишет:

«Человек, который дышит обоими легкими»

Биография Жоржа Нива легла в основу сценария фильма Андрея Смирнова «Француз». Этого достаточно, для тех, кто видел фильм, чтобы заинтересовала книга. Другим будет достаточно само имя. Жорж Нива. Третьим, его насыщенная биография: общение с Борисом Пастернаком, высылка из СССР, арест невесты, ранение в Алжире, дружба с диссидентами, май 1968‑го, встречи с Солженицыным и тд Передать "неторопливый тон французского профессора, сохранить отдаленный привкус акцента" автору Александру Архангельскому, без сомнения, удалось. Вопрос, который возник в процессе чтения книги: а можно ли заразить любовью? )) Ведь серия о счастливых людях - она о людях, которых автор любит, прежде всего. И вот, читатель, не знающий ни Шанина (героя первой книги этой серии), ни Нива (героя второй)... может ли он заразится любовью к ним?) Мой ответ здесь очевиден. Может)

Смотрите также
Смотрите также

Русский амаркорд. Я вспоминаю

Солонович Евгений Михайлович

Литературный навигатор. Персонажи русской классики

Архангельский Александр Николаевич

Литература. Герои произведений. Средняя школа

Архангельский Александр Николаевич

Бюро проверки

Архангельский Александр Николаевич

Бюро проверки

Архангельский Александр Николаевич

Путеводитель по классике: продлёнка для взрослых

Архангельский Александр Николаевич

Бюро проверки

Архангельский Александр Николаевич

Герои классики: продлёнка для взрослых

Архангельский Александр Николаевич

Новости
Вы просматривали
Вы просматривали
Подпишитесь на рассылку Дарим книгу
и скачайте 5 книг из специальной библиотеки бесплатно Подпишитесь на рассылку и скачайте 5 книг из специальной библиотеки бесплатно
Напишите свой email
Нажимая на кнопку, вы даете согласие на обработку персональных данных и соглашаетесь с политикой конфиденциальности

Мы в социальных сетях

Мы в соцсетях


Новости, новинки,
подборки и рекомендации